ВТОРОЙ (поет). «К чему раздумьем сердце мучить!

СОКРАТ, шевеля губами, беззвучно, но страстно подпевает.

...Предотвратим ли думой грядущее? Вино из всех лекарств самое лучшее. Самое лучшее!.. Напьемся же пьяны!»

КСАНТИППА. Кончено! Геракл!

Входит ГЕРАКЛ, крошечный раб СОКРАТА, с факелом.

СОКРАТ (обнимая его). Милый Геракл... Какую хорошую песню я пел...

КСАНТИППА. Сократ, ты мне окончательно не нравишься! Обопрись о Геракла.

СОКРАТ (Первому). Как я сказал о ней?

ПЕРВЫЙ. Ты много о ней говорил. Например, Иону из Эфеса ты сказал: «Истинный наездник выбирает необузданную лошадь». А Диоклу из Фив...

СОКРАТ (смеется). Он все знает... Зачем я?

Ночь в Афинах. В доме ФРАСИБУЛА, одного из правителей Афин. АНИТ и ФРАСИБУЛ.

ФРАСИБУЛ стар – иссеченное шрамами лицо воина.

АНИТ (продолжая разговор). Мне тоже жаль Сократа. Но каждый день по городу разгуливает этот старец и терзает горожан своими поучениями о недостижимых добродетелях. Ежечасно он подвергает сомнению несомненные истины. Мудрейшие и почтенные афиняне в беседах с ним чувствуют себя глупцами – согласись, Фрасибул, это раздражает... Можно, конечно, отнестись к этому с юмором и добродушием. Но юмор и добродушие – удел благополучных времен. Афинский народ обозлен войной и поражением. Нервы у людей сдают. Кроме того, его влияние на молодежь...

ФРАСИБУЛ. Не кричи так!

АНИТ. Кроме того, можно легко домыслить, что Сократ ставит человеческий разум выше афинских богов, А было бы очень полезно именно сейчас поддержать наших богов. Защита святынь всегда дисциплинирует и поднимает авторитет. А в наше время...

Входит МЕЛЕТ.

Это Мелет – пифиец, он обвинил Сократа.

МЕЛЕТ (с усмешкой). Время ночное. Опустим длинное приветствие и сразу к делу, отцы города.

АНИТ. Что ты хочешь за... это? МЕЛЕТ. За что, стыдливый Анит?